Жители этого поселка с символичным названием Факел горько шутят, что живут всего в нескольких десятках километров от нефтегазового месторождения, в 18 километрах от Уральска, а по сути, как на острове: без газа, воды и дорог.

"Факел" без огня

Чтобы зимой не замёрзнуть в холодных домах, люди этого села уже с середины лета начинают запасать дрова и уголь.
Уже при въезде в посёлок Факел в глаза бросаются груды брёвен, лежащие во дворах, практически, каждого дома.
Возле одного из них нас встречает Василий Филиппович Корсаков – местный старожил, что живёт здесь без малого 70 лет.
Узнав, что мы приехали выяснить, как сельчанам живётся без газа, он удручённо машет головой.

Тяжело, дорого, хлопотно.Нам, старикам, особенно. Это ж надо дров машину купить - она 35 тысяч тенге стоит, угля тонны три-четыре - по 13 тысяч за каждую. Всё это надо в сарай уложить, переколоть, перетаскать. А потом всю зиму на себе в избу "пендить"

Василий Филиппович Корсаков
Старожил поселка "Факел"

Я ж в Факеле родился и вырос. В советские годы у нас здесь был подхоз завода имени Ворошилова: три молочных фермы, два свинарника, большой сад, плантации. Людям на уголь талоны давали, машину бесплатную, чтоб из города его везти. Сейчас никому ничего не дают, всё на свои деньги покупаем. Подхоз развалился… Сад и тот весь вырубили на дрова - сетует Василий Филиппович
На шум из дома выходит хозяин – зять нашего собеседника Павел Иванович Самсонов. Тема газа и для него – одна из самых больных.
- Сейчас только нарубил две вязанки дров на разжижку, аж в глазах темно стало, – вступает он в разговор. – Пойдёмте, посмотрите мои запасы.

Лет десять назад к нам в колхоз приезжал один хлыщ в кожаных штанах, народ собрал, предложил газ провести. Мы скинулись тогда все: кто по 10 тысяч, кто – по 15, некоторые от радости сразу и 50 тысяч отдали. Неделю он по посёлку с рабочими вертелся, стойки на двух улицах поставил, а потом… пропал.

Павел Иванович Самсонов
житель села "Факел"

Аким у нас тогда был Брындин, мы – к нему. А тот говорит: ничего не знаю, никого не видел. В прокуратуру хотели подать, только оказалось: никто не знает, как того хлыща зовут. Все только штаны его запомнили. Вот такой Остап Бендер оказался - всё село в дураках оставил...
Самсонов проводит нас в свой дом. В углу холодной веранды стоит парочка вёдер с углём, а в коридоре аккуратно сложена небольшая поленница дров.
Возле печки в доме суетится супруга хозяина, ставит чайник.
- В городе вторую неделю газ в баллоны не заправляют. Вот, приходится на печке и кушать варить, и чай кипятить, – объясняет она. – Мы уже привычные, как в каменном веке, на костре готовим да греемся у печки, а внук из Макарова как приедет, всегда прислушивается: «Бабуля, у вас печка трещит, мы не взорвёмся?» У них-то газ уже лет пять как есть, печки углём они не топят. И в окрестных посёлках – в Садовом, Достыке, Чувашке – тоже все газом отапливаются. Только у нас да в Мирном всё газа нет… Как на острове живём, оторвались от цивилизации - рассказывает Валентина Самсонова

Мы уже привычные, как в каменном веке, на костре готовим да греемся у печки, а внук из Макарова как приедет, всегда прислушивается: «Бабуля, у вас печка трещит, мы не взорвёмся?»

Валентина Самсонова
житель села "Факел"
Валентина Филипповна решает провести нас по местным достопримечательностям.
- В школу давайте зайдём, к учителям - там у нас сразу две печки топятся, в магазин наш сельский - там хозяйка за зиму много угля сжигает, да к деду-инвалиду - он в эту зиму совсем без дров остался – купить не на что, - перечисляет она список тех, кого следует посетить.

По дороге Валентина Самсонова рассказывает, что в их селе почти 100 дворов, в них живёт чуть больше 300 человек.
- Одиноких пенсионеров уже совсем не осталось, - говорит она. – Всех дети к себе позабирали. Вот, дом заколоченный стоит, этим летом бабушку в Уральск забрали. Струльникова она, Нина, денег на уголь у неё нет, сама слабая стала– ни печку растопить не могла, ни золу вынести…
В единственном сельском магазинчике тепло, в печке горит уголь.
- Я за зиму в доме и магазине 11 тонн угля истапливаю, сама мёрзнуть не хочу и людей не могу морозить, - объясняет его хозяйка Зоя Бикбау. - Живём в 18 километрах от города, а до нас всё газопровод дотянуть не могут. Говорят, что арендатор местный, Саша, сам через Чаган трубу протянул и к газу подключился. Неужели власти и нам так же не могут через речку ветку кинуть, чтобы у всех сельчан газ был?!
Кроме нас в магазине - одна старенькая бабушка, которая поддерживает свою односельчанку лишь короткими взмахами головы.
У школы, к которой мы направляемся из магазина, уже собрались несколько женщин.

- Хотим, чтобы вы не только про газ написали, но и про дороги, – решительно подступает к нам одна из них. – Если на улице дождь или снег пошёл, мы из посёлка выехать не можем, ни на работу, ни на учёбу. Автобус из Макарова к нам не заходит - водитель боится застрять на нашем бездорожье.
Женщина – её зовут Толкын Бузаева – говорит, что в непогоду всё взрослое население, которое работает в городе, вынуждено вставать в пять часов утра, чтобы вовремя успеть на работу.
Почему?
Толкын терпеливо объясняет, что вначале жители Факела идут к Чагану, за 50 тенге переправляются на лодке на противоположную сторону (кстати, лодочница - местная жительница, она плавает по реке с шести утра и до девяти вечера), потом идут три километра пешком до села РТС и уже там садятся на такси или автобус, чтобы доехать до Уральска.
- Говорят, что в этом году 6 миллионов выделили, чтобы нашу трассу до Уральска в порядок привести, - начинают шуметь остальные собравшиеся женщины. - Только до нас эти деньги не дошли, дорога вся разбитая. Два водителя недавно у нас с трассы слетели. Оба чудом уцелели – один в Уральске в реанимации лежал, второго братья в Москву повезли лечить.
В самом здании школы нас уже ждут несколько педагогов. Печка в коридоре поблёскивает красными огоньками: дверца заслонки лопнула и язычки пламени высовываются прямо наружу.

Все вошедшие набиваются в маленькую учительскую.
- Всё лето на плантациях у фермеров "пашем", чтобы на дрова и уголь заработать, – наперебой говорят женщины. – В среднем, около ста тысяч на каждый дом нужно, чтобы от холода не умереть. Если бы газ был, намного дешевле отопление было бы. Сейчас ещё одна головная боль – газ в баллоны в Уральске перестали закачивать. Разве дров напасёшься, чтобы весь день на печке еду варить? Приходится плитки включать. А они свет "мотают" – по три-четыре тысячи в месяц. У нас зимой и так толковой работы нет, денег нет. В магазине в долг продукты брать приходится – кто на 20 тысяч, кто на 40 за зиму набираем, а весной-летом уже рассчитываемся. Всё лето во дворе.
Ибрагим Жукович Сисенгалиев, учитель местной школы, пытаясь скрасить тягостное впечатление от этих словесных выпадов, начинает успокаивать женщин:
- У нас село хорошее. Люди добрые. Рождаемость вон стала повышаться. В каждом дворе по двое-трое ребятишек. За три года уже три двойни родились.
- Правда? – удивляемся мы.
-Да, – со смехом отвечают, чуть успокоившись, женщины. – Газа нет. Холодно. Вот и греемся, что ещё делать остаётся (и уже дружно начинают хохотать).
- Каждый год мы высказываем на сходах свои претензии акиму Макаровского округа. Он обещает нам и дороги наладить, и газ подвести, но ничего не меняется, - уже спокойнее говорят Роза Онгдасинова и Гульсум Джаманбаева. – Воды у нас в посёлке тоже нет. Все свою воду из колодца пьём. А когда-то на каждой улице колонки были. Центральный водопровод. Депутат наш районный - Голубева Светлана Николаевна, даже не знает, в каких условиях мы живём, на встречи с нами не приезжает, как живём, её это не волнует

У нас село хорошее. Люди добрые. Рождаемость вон стала повышаться. В каждом дворе по двое-трое ребятишек. За три года уже три двойни родились.

Ибрагим Жукович Сисенгалиев
учитель местной школы

Люди вдруг вспоминают, что несколько лет назад, в 2010 году, их односельчанин Алексей Матушкин вышел на «Прямую линию» с Президентом Нурсултаном Назарбаевым и тот пообещал, что село Факел обязательно включат в план газификации и обязательно в ближайшие годы газифицируют. Но прошло пять лет, а газа… пока всё нет.

Выпустив пар, женщины спешат по своим домам.
- Наша молодёжь в селе жить не хочет, все студенты говорят: «Что тут "ловить": работы нет, перспектив нет?», - с горечью признаются они. – А мы их и не держим. Что тут делать – у печки греться?
Возле дома инвалида Матушкина Валентина Самсонова чуть убавляет шаг.
- Юра один живёт - жена умерла, дети в городе. Он с ними раньше круто очень обходился, поэтому сейчас они с ним толком не общаются, – говорит она. – Но всё равно он живой человек, поэтому всем селом помогаем ему всем, чем можем.
В коридоре - несколько охапок дров прямо в железных вёдрах. Из глубины дома хозяин дома кричит нам, чтобы мы проходили, не снимая обуви.
- Никто у меня не моет, соцработник редко приходит, - объясняет дядя Юра, когда мы уже входим в комнату.
Седой, сгорбленный мужчина, на вид которому около 70 лет, сидит на кровати, закиданной тремя одеялами.

- У меня дома плюс двенадцать градусов.Угля нет. Дров мало. Топить нечем. До пенсии мне ещё почти год, а работать уже не могу. Сердце шалит, ноги отказывают. Голова всё время кружится. В собесе помогли оформить пособие – 10 тысяч. Покупаю на них чай, масло подсолнечное и сахар. Блины пеку, их только ем. Недавно инвалидность дали – вторую группу. Но до пенсии, думаю, не доживу, умру раньше от холода и голода.

Юрий Матушкин
инвалид II группы
Из глаз мужчины катится скупая слеза.
- Мне же свет за долги отключили недавно, 8 тысяч я задолжал, - с трудом подбирая слова, выдыхает он. – В Дом инвалидов мне надо. Иначе умру один, умру.
Видя, что хозяину дома трудно вести с нами диалог, наша провожатая спешит покинуть его дом.
-Крепись, Юра, держись, – говорит она. – Пойдём мы. Вот, испеку пирожков, забегу к тебе. Не отчаивайся. Всё наладится. Пенсию дадут…
Из Факела мы уезжаем в гнетущем настроении.
По дороге заезжаем в акимат Макаровского сельского округа.
Аким округа Насипкали Куанышев утверждает, что расчёты по подведению газа в село Факел, так называемое технико-экономическое обоснование, давно уже готовы. Но нет проектно-сметной документации.
- Денег в бюджете на ПСД нет. Но в акиматах – и в районном, и в областном - и без вас знают об этой проблеме, – говорит он нам. – Если финансовых проблем не будет, в 2016 году сделаем ПСД, и в течение двух лет проведём в Факел газ. Только, думаю, не у всех сельчан деньги на подведение газа в свои дома найдутся – это ведь стоит 400 тысяч тенге, а там всего 30 процентов семей смогут такую сумму одолеть…
Если финансовых проблем не будет, в 2016 году сделаем ПСД, и в течение двух лет проведём в Факел газ. Только, думаю, не у всех сельчан деньги на подведение газа в свои дома найдутся – это ведь стоит 400 тысяч тенге, а там всего 30 процентов семей смогут такую сумму одолеть…
Made on
Tilda